истории

Пена дней

Как и зачем омичи ездили на фестиваль крафтового пива (и что это вообще такое)
Текст: Андрей Руденко, вёрстка: Павел Креслинг, фото обложки: Евгений Лукин
«Craft» в переводе с английского означает «ремесло». Применительно к пиву это значит, что существует небольшое производство, где пивовар-фанат или их группа варит напиток небольшими партиями, добиваясь интересных ароматов и вкусов путём комбинирования хмелей, солодов и дрожжей, добавления натуральных ингредиентов вроде кофейных зёрен, вишневого сока, тыквы и цедры грейпфрута или выдерживания в бочках из-под крепких напитков.

Полученные свойства непривычны с точки зрения массового отечественного потребителя, но отлично вписываются в подход британской, американской и бельгийской школ пивоварения. Такие напитки не дают выпить себя просто так — они напрашиваются на поэтапный разбор по характеристикам аромата, горечи (выражается в IBU — international bittering unit, или международных единицах горечи), плотности, вкусовых оттенков в начале, середине и конце.

Это пиво не даёт выпить себя просто так — оно напрашивается на поэтапный разбор аромата, горечи, плотности и вкусовых оттенков
Как итог, крафтовое пивоварение — это про энтузиазм, традиции, экспериментаторство, фетишизм и немассовость. Основных сортов и их интерпретаций — десятки, если не сотни, но самые популярные — это IPA и APA. Первый — India Pale Ale, английский эль, придуманный в XIX веке. Его отправляли в индийские колонии, а сохранность напитка обеспечивалась большим количеством хмеля, который выступает в качестве консерванта.

Второй — American Pale Ale, относительно молодой и чуть менее горький, чем его европейские братья, сорт, главное отличие которого заключается в использовании американских хмелей.
Пивная игла
Крафтовая революция в России состоялась 2 июля 2015 года. Повод назначить ей именно такую дату даёт запись в популярном среди любителей пива блоге Beer Expert. На фото — заявление в полицию с просьбой применить меры к пабу в московском переулке, на месте которого, со слов заявителя, натурально открывается портал в ад. Из портала выходит потерявшая лицо молодёжь, которая мешает гражданам спать, ищет приключений, оставляет под аркой продукты своей жизнедеятельности и, в общем и целом, «сатанеет».
Слева: то самое заявление. Справа: те самые исчадия ада в процессе погружения в бездны преисподней.
Катализатором сумасшествия, по мнению автора заявления, выступает именно крафтовое пиво, а царящий произвол кому-то выгоден и кем-то крышуется. Всего же в переулке сконцентрировано три подобных заведения, что угнетает нервы жителей примыкающих к ним домов с троекратной же силой.

Главный хук — «крафтовая пивная игла» — наносится в строке «Суть вопроса». Этот умопомрачительный вброс, если относиться к нему иронически, манифестирует текущие реалии алкогольной культуры в России: крафтовое пиво шагает по стране, где люди стали готовы платить от 150 до 350 рублей за пол-литра пива ради пива, а не эффекта.
Место силы
Спустя буквально пару дней после этой публикации в Омске без помпы устраивает техническое открытие бар Beer Kingdom. Место — переулок с петербуржским флёром в историческом центре города, где к тому времени уже шатко-валко обживался бар НППО и куда вёл чёрный ход гастропаба BUKOWSKI. Место в итоге получило среди завсегдатаев название Переулок трёх баров, или просто Переулок.
Фото: Михаил Бурдель
Спустя год после открытия можно говорить, что количество описанных в заявлении курьёзов здесь сводится на нет: громкость разговоров умеренная даже тогда, когда нужно говорить чуть громче звучащей музыки, люди ходят главным образом по прямой и общаются на темы в спектре от программирования до состояния музыкальной индустрии, а мусор преимущественно собирается вокруг урн и выносится самими барменами на помойку.
Громкость разговоров здесь умеренная, люди ходят преимущественно по прямой и общаются на темы в спектре от программирования до состояния музыкальной индустрии
Справедливости ради нужно сказать, что и жилых домов в радиусе 300 метров нет, и жаловаться некому, зато есть Управление федеральной службы судебных приставов — но они к происходящему вполне лояльны. Психологический уют для тех, у кого бутылочка интересного и вкусного пива, — это повод для общения и знакомства, а не пьяного выяснения отношений за «понятия» или из-за женщин, стремится здесь к высочайшему уровню: все довольны, все смеются. Случавшиеся конфликты — это редкие волки в лесу.
Далеко бежит дорога
В этом году сооснователи бара Beer Kingdom получили приглашение на ежегодный фестиваль Jawsfest, с 2010 года проводимый пивоварней Jaws из города Заречный в Свердловской области. Среагировать на него было делом хорошего тона.

Стоит понимать, что Jaws стали этаким прибывшим поездом братьев Люмьер в мире отечественного ремесленного пивоварения, когда выпустили свой легендарный сорт «Атомная Прачечная», один из первых сваренных в России образцов IPA. Поставить их продукцию на свои полки является для каждого бара или магазина своеобразной точкой входа. Быть дистрибьютором бренда в городе, то есть в том числе выступать его адвокатом и влиять на решение, будет ли пиво стоять в каком-либо заведении,— вещь на порядок повыше. Поэтому ехать — надо.

Фото: jawsbeer.ru
14 июля в 7 часов утра мы сели в машину и выехали на трассу. Навигатор просчитал маршрут и выдал протяжённость чуть меньше 1000 км. Даже при самых пессимистичных прогнозах, с поправкой на фуры и качество дорог, время в пути не должно превышать 15 часов.

В итоге уложились в 13, выдерживая среднюю скорость в 100 км/ч, дважды останавливаясь на обед и ужин, теряя время на заправках, железнодорожных переездах и заторах и периодически выходя размяться и посмотреть на природу Западно-Сибирской равнины. Делать последнее не всегда позволял дождь, от которого машина уезжала туда, где её ждал ещё один.
Город мирного атома
Путь по Свердловской области сопровождался пунктами медицины катастроф. Появился лишний повод вспомнить, что фестиваль Jawsfest проходит в городе, где рядом с Белоярским водохранилищем построена одноимённая атомная электростанция. В зону повышенного радиационного риска одной только АЭС попадает 715 тысяч человек. Всего же в Свердловской области находится 103 объекта, имеющих дело с ядовитыми и радиоактивными веществами, — это угроза для жизни почти двух с половиной миллионов жителей.

Как необходимая мера в 1993 году в области возник центр медицины катастроф. В городе же следить за собой и быть осторожным напоминали громкоговорители на столбах — вероятность того, что из них заговорят о нехорошем, остаётся всегда.
Слева: Заречный с высоты, сверху: Белоярская атомная станция, снизу: Восточно-Уральский радиоактивный след. Источники: udachnoe96.ru, svopi.ru, geographyofrussia.com
Этот риск компенсируется инвестициями со стороны АЭС в инфраструктуру Заречного. Город с населением в 27 с половиной тысяч человек все три дня радовал нас своей опрятностью, чистотой и безлюдностью. Максимальное скопление людей наблюдалось в двух местах: собственно на фестивале и на футбольной площадке, расположенной под окнами многоэтажного дома, где мы жили. Из этих же окон было видно и Белоярское водохранилище.
Громкоговорители на столбах напоминали следить за собой и быть осторожным — вероятность того, что из них заговорят о нехорошем, остаётся всегда.
Пивоварня Jaws была открыта в 2008 году в здании бывшей прачечной. Последующие четыре года её ресурсы работали на производство ничем не примечательного пива в чешско-немецких традициях. К крафту они не имели отношения, как якобы не имеют и сегодня: люди просто делают то, что умеют.

Но в 2012 году пивоварам пришло в голову добавить в своё пиво несколько американских сортов хмеля. Так получилась «Атомная прачечная». Название — сумма сложения двух сущностей: специфической промышленности города и бывшего назначения помещения. Бар, где проводится фестиваль, назвали точно так же.
Пивоварня Jaws и бар «Атомная прачечная». Источник: vk.com/jaws_bar
Фестиваль
В первый день фестиваля нам надо было явиться пораньше — чтобы познакомиться, наконец, с «друзьями по переписке». Похоже, что характер первого дня вообще для всех был именно таким: встречаются старые партнёры, устанавливаются новые знакомства. Впрочем, и это проходило без малейшего официоза.

Фестиваль вообще не был похож на таковой в классическом представлении: обычно у стендов стоят пивовары и рассказывают о своей продукции. На Jawsfest они смешивались с толпой, общались и пили пиво. Один стенд всё-таки был замечен: москвичи из Alchemist Brew Lab привезли образцы сортов хмеля и солода, позволив оценить аромат сырья всем желающим.
Фото: Евгений Лукин
«Атомная прачечная» оказалась внушительным баром по меркам города с тридцатитысячным населением. Первый этаж разбит на зал для барменов, зал с длинным дубовым столом и комнату с настольным футболом. Винтовая лестница у входа уводит на второй этаж с бильярдными столами, где можно передохнуть от ходьбы, музыки и гомона, но главное — избежать очереди в уборную. В первый день о втором этаже знали немногие, но на следующий кое-что изменилось.

На заднем дворе бара — веранда, поделённая на танцпол, где играют диджей и группы, и зону для конкурсов с импровизированными сидячими местами из палетов и мешков. Спустившись с веранды, вы оказываетесь во втором баре, собранном под навесом специально на время фестиваля. В обычные дни бар далёк от стопроцентной заполняемости, всё это больше играет на престиж Jaws и служит площадкой для подобных встреч.
Видеоотчёт с прошлогоднего Jawsfest
Каждому гостю фестиваля на входе вручались бокал 0,2 литра, перечень заявленных пивоварен и сортов и внутренняя валюта — восемь пивных крышек номиналом сто рублей каждая. С ними бармены и повара не тратят время на сдачу. Схема купли-продажи элементарна: каждому сорту, указанному на меловой доске, присвоен порядковый номер. Дождавшись своей очереди, нужно дать крышку бармену, назвать номер и немного подождать. Крышки можно было докупать, как и бокалы, хотя последние выпускать из рук не стоило — за ними, как за всякими сувенирами, шла охота.

Попытки узнать у барменов о вкусовых свойствах того или иного сорта обрывались фразой «Некогда объяснять» и предложением внимательнее изучить описание в перечне. И понять их можно: когда поток настолько велик, индивидуальные беседы с каждым контрпродуктивны для всех. Это не умаляет сил и внимания, вложенных барменами в работу: 11 часов на ногах — подвиг, но и они берут от этого своё. Один из них, Азамат, признаётся, что общение с людьми для него — кайф, компенсирующий энергозатраты, а благодарность за труд делает его ещё приятнее.
Фото: Евгений Лукин
Оба дня прошли под саунд Урала от групп Diddley Dogs, The Karovas Milkshake, The Quirks, The Tolstoys, Lucky`12 и Обсадкi. Характеризовать все шесть групп в целом можно так: если вы меломан в возрасте от 20 до 30, то попробуйте включить эти группы своему отцу. 8 из 10, что ему это отлично зайдёт. Звуковая фактура выдержана в ключе 60-70-х годов, но если гаражный и околопсиходелический рок (за эту музыку отвечали The Karovas Milkshake, The Quirks, The Tolstoys, Obsadki) с подачи Sonic Death уже года четыре переживает в нашей стране ренессанс, привлекая совсем юных слушателей, то рокабилли и сайкобилли (это Diddley Dogs и Lucky`12 ) кажутся недвижимыми монолитами. Консервативность драйву не помеха, и Lucky`12, вдохновляющиеся в том числе образами из фильма Георгия Данелии «Кин-дза-дза», — это свирепый, безотчётный угар.
Фото: Евгений Лукин
Откровения
Набрав сувениров и выиграв главный приз в финальном конкурсе (серия ударов по пивной банке головой, одетой в мотоциклетный шлем, должна была смять её по максимуму), команда Beer Kingdom уехала с фестиваля с некоторыми мыслями.
Фото: vk.com/bkingdom
Во-первых, на крафтовой теме спекулируют повсюду. Право называть Beer Kingdom пока что единственным адекватным крафтовым баром в Омске даёт знание его персоналом элементарной матчасти и экономики рынка. Есть места, и это не тайна, где выставленный в Beer Kingdom ассортимент можно купить дешевле, но это обозначается простым словом «демпинг».

Подобные бары и магазины, желающие влиться в струю и выпячивающие слово «крафт» на первый план, как было в нулевых с «живым» пивом, есть и в других городах. Есть и дистрибьюторы без понятий о том, чем они занимаются. Есть, в конце концов, понятие «крафти» — имитация крафтового пива от пивоварен-гигантов, любимых народом за свой дешёвый светлый лагер, продаваемая ими по такой же народной цене.

Тема соперничества мелких мануфактур и поточных заводов открыта на Западе уже несколько лет: авторы этого пресс-релиза требуют прозрачности для потребителя, чтобы он по одному взгляду на бутылку понимал, пьёт он продукт крафтовой пивоварни или мэйджора, решившего раскрутиться на теме.

Фото: beercult.ru
Есть, в конце концов, понятие «крафти» — имитация крафтового пива от любимых народом пивоварен-гигантов, продаваемая по такой же народной цене.
Во-вторых, это «василеостровская» болезнь. В понимающей среде пиво «Василеостровской пивоварни» не считается крафтом, как не считает его таковым и сама пивоварня. Однако имеет место обратное и ошибочное мнение большинства. Здесь крафтовым барам нужно перевоспитывать публику и начинать, видимо, с отказа либо от дистрибьюции, либо от привилегии называться крафтовыми.
Фото: ivandamaria.bar
В-третьих, неоднозначна роль пивных снобов, или так называемых биргиков, в крафтовом движении. С одной стороны, есть мнение, что в пиве они не разбираются, но очень хотят обратить на себя внимание и быть лидерами мнений, которое транслируют, например, через блоги, инстаграм, пивную соцсеть untappd и так далее, при этом чем громче и одиознее замечание - тем лучше его услышат и запомнят. Так они и действуют, приписывая вкусу одних сортов схожесть с мокрой тряпочкой и нахваливая другие.

С другой стороны, эти же люди двигают индустрию вперёд и расширяют кругозор завсегдатаев баров: IPA — уже давно не откровение, и, если бы не несколько брюзгливых запросов, любители пива ещё долго бы оставались в неведении относительно gose (эль с кисло-солёным вкусом, например, комбинация соли и кориандра) и sour ale (кислое пиво, сброженное дикими дрожжами или бактериями и поэтому сложное в производстве).
Есть неутешительный прогноз, что в том виде, в котором крафтовая культура существует сейчас, ей осталось жить два-три года.
И, наконец, есть неутешительный прогноз, что крафтовой культуре в нынешнем виде осталось жить два-три года: если спустя это время полки не забьются «крафти» от гигантов, то случатся другие метаморфозы в виде губительных законов, а мы поедем на совсем другой Jawsfest.

Но брезжит здесь и луч света: крафтовые пивовары уверены, что суммой мелких усилий они если и не положат конвейерное пивоварение на лопатки, то дадут потребителям достойную альтернативу и изменят отношение в сторону высоких запросов к качеству.

Так, один из гостей бара жаловался, говоря, кажется, сам с собой: «Я был нормальным человеком, покупал трёшку на разлив... Теперь не допиваю и выливаю. Что вы со мной сделали?..» Этими словами шумит ветер перемен — определённо к лучшему.

*
Made on
Tilda